Осколки снов. Тексты на rohirrimka.nm.ru


назад                                               оглавление                                               вперед

  Долгая дорога на Запад-2. Часть 5                              

***
    Рано утром на горизонте наконец появился остров Карон - цель их плаванья. Еще раньше Леголас рассмотрел его на карте. Маленький островок, всего пару миль шириной, все что на нем помещалось - шахта да поселок дварфов в ней работающих. То, что он увидел сейчас, лишь подтверждало это впечатление. Скалы, покрытые лесом, с трех сторон уходили в воду крутыми обрывами, не оставляя надежды взобраться на них. Единственное место, где можно пристать к берегу - маленькая бухта с причалом в дальнем конце, куда обычно заходили грузовые корабли забрать добытый камень. Сейчас в бухте было тесно от многочисленных судов Морского Союза - "Рычащий" был далеко не первым.
    На воду спустили лодку, в которую села Умита и еще несколько членов команды. Под дружными взмахами весел лодка двинулась к берегу - на сбор капитанов. Леголас с друзьями остались на корабле. Йорнир стоял какое-то время, изучая поднимающиеся вверх скалы, после чего повернулся к эльфу:
    - Могу поспорить, что знаю, к какому выводу придет этот совет.
    - Я никогда не участвовал в морской войне, - ответил Леголас, - но думаю, я тоже это знаю. На самом деле, выбора тут просто нет.
    - Да, ты прав. Единственное пригодное для высадки место - эта бухта. Значит нам придется прикрывать вход в нее, чтобы ни один корабль противника не прорвался внутрь. Жаль, она такая маленькая. Нам понадобится несколько линий обороны, а для этого первой линии придется выйти дальше в море. Будем надеяься, у них... у нас хватит кораблей.
    - Не волнуйтесь, мастер Йорнир, наш корабль далеко не последний. Сил у нас хватит, - вмешался гном.
    -Я надеюсь, мастер гном, - серьезно кивнул человек. - Иначе мы все - будущие трупы.
    - Что за мрачное настроение, Йорнир? - вздохнул Леголас. - Смотри, услышит гарах, опять начнет обвинять тебя в измене.
    - Ну, этот-то всегда будет меня обвинять, что бы я не делал. Трудно заслужить доверие того, кто не доверяет никому.
    - Не сердись, но у него есть для этого причины, - прошептал Гимли.
    - Я понимаю, - ответил Йорнир, помолчав. Потом встряхнул головой.- Давайте поговорим о чем-нибудь более веселом. О бое, например?
    Эльф покачал головой. Мальчишка! Бой для него - веселье. Хотя он понимал человека - перед боем, тем более таким опасным, каким обещает стать этот, трудно думать о чем-либо другом. Поэтому поддержал разговор.
    - Все зависит от того, сколько кораблей Союза успеет сюда прибыть. Если бы их хватило, я бы на их месте разместил небольшой резерв по другую сторону острова. На случай...да мало ли какие случаи бывают на войне. Резерв зачастую становится той силой, что решает исход битвы. По крайней мере на суше, - добавил он.
    - Пожалуй и на море тоже, -кивнул Йорнир. - Я бы не отказался от такого резерва. К тому же, нам понадобится оставить какой-то гарнизон на самом острове - на случай, если противник сумеет все же прорваться и бой перекинется на сушу.
    Они еще какое-то время сидели на палубе и обсуждали возможный ход предстоящего боя, пока не вернулась, наконец, капитан Умита. Она собрала всю команду в главной каюте и сообщила им о решении совета. Он не сильно отличалось от того, о чем говорили друзья. Действительно, при таких условиях выбор у противников был небольшой.
    Вновь были подняты паруса и корабль двинулся, чтбы занять свое место в обороне острова. Несколько меньших судов ушли в сторону открытого моря на поиски приближающегося врага. Они должны были сообщить о его появлении основным силам.
    - Сообщить? Каким образом? - удивился Леголас.
    - По разному, - пожала плечами Мийяна. - На некоторых есть Говорящие Камни. На других - маги, знающие специальные чары. Есть и другие вещи. А на нашем корабле есть я.
    - Магия, - понимающе кивнул Йорнир.
    - Вовсе нет, - засмеялась рада. - Я могу слушать. Но сама никому ничего не смогу передать. С помощью магии.
    - Тогда как?
    В ответ Мийяна раправила свои белые крылья и мгновенно поднялась над палубой. Леголас впервые видел полет рады. Это было завораживающее зрелище. Ее крылья, обычно белые, в воздухе стали полупрозрачными и изменчивыми, то сливаясь с синевой неба, то вдруг переливаясь миллионами красок. Ми медленно шевелила крыльями, наклоняясь то в одну, то в другую сторону, и легкого движения было достаточно, чтобы придать маленькому телу удивительную скорость. Совершив круг вокруг верхушек мачт, рада легко приземлилась рядом с друзьями. Волшебные крылья сложились за ее спиной и вновь стали напоминать обычный белый плащ.
    - Вот так, - улыбнулась она. Щеки ее раскраснелись, в глазах загорелись веселые искры. Леголас ясно ощущал радость полета, которую она излучала вокруг.
    - Это было прекрасно! - воскликнул Йорнир. - Глядя на тебя я начинаю верить во все сказки о радах.
    Мийяна рассмеялась своим хрустальным смехом.
    - Все? даже в сказки про рад-соблазнительниц, убивающих мужчин?
    - А что, есть и такие? - вдруг заинтересовался Гимли. - Ты мне ничего не говорила! Я хочу знать об этом поподробнее.
    Друзья весело расхохотались. Пусть впереди неизвестность и опасность - пока еще есть время.
    Время тянулось невыносимо медленно. Глубина в этом месте была слишком большой, чтобы бросать якорь, поэтому Умита сама встала у штурвала, заставляя корабль крейсировать вокруг назначенного места. Леголасу это напомнило человека, беспокойно шагающего по комнате в ожидании. Ожидание было написано на лицах всего экипажа, ожидание, казалось, пропитывало сам воздух. Иногда, когда на горизонте появлялись вдруг верхушки мачт, все замирали, превращаясь в напряженные статуи. Но Мийяна, сидящая на палубе со Слышащим камнем, качала головой и все возвращались к прежним занятиям, за которыми пытались скрыть тревогу. Прибывший корабль проплывал мимо них к острову, а затем занимал свободное место в задней линии обороны, оставленной для опаздывающих. И снова начинались минуты и часы ожидания.
    Секунды неспешно собирались в минуты, минуты в часы. Все по разному справлялись с нарастающим напряженим. Гимли в который раз точил свою секиру. Нелькьер уселся на корме с книгой, но, насколько Леголас мог судить, за несколько часов так ни разу и не перевернул страницу. Несколько моряков затеяли карточную игру, хотя особого азарта в их голосах не было. Гран шагал по палубе, время от времени проверяя крепление канатов и прочие мелочи, затем продолжая шагать. Йорнир сидел, прислонившись спиной к мачте и что-то тихонько бормоча. Присев рядом, Леголас с удивлением обнаружил, что его друг читает стихи.
    В делах, в весельи и в походе,
    На трон взойдя, врага убив,
    Должны вы помнить об исходе,
    Одном для всех, кто ныне жив.
    Придет назначенное время,
    И примет грешная земля
    Воителя и чародея,
    Крестьянина и короля.
    Застынут быстрые мгновенья,
    Свой черный зов подаст вам Смерть.
    Тут воспротивиться не смеют
    Ни грозный лорд, ни грязный смерд.
    Там, где бессильны гнев и жалость,
    Где только мрак, где только лед,
    Годам, что вам еще остались,
    Ведется беспристрастный счет.
    Ссыпая вниз частицы тверди,
    Скрипят песочные часы...
    Внемлите ж зову вечной Смерти
    На острие ее косы
    ©
    - Что же так мрачно? Это ты сам написал? - спросил он тихонько.
    - Что? - вскинулся человек. - Ах, это...Нет, это очень старые стихи. Их написал Разальин - был такой человек много веков назад. Воин и поэт. Он сочинил много стихов, но сейчас их мало кто знает. Его взгляды принято считать....устаревшими. Я нашел его книгу, давно, еще в детстве, в подвале нашего дома, среди старых вещей. - Йорнир слегка покраснел. - Я...ну, я понимаю, воину такими вещами интересоваться как-то не к лицу...
    - Глупости! - возразил Леголас. - Воин, который не интересуется ничем, кроме войны - это хладнокровный убийца.
    Йорнир лишь пожал плечами.
    - А ты помнишь что-нибудь еще? - поинтересовался эльф. И заметив кивок в ответ, попросил - Прочитай, а?
***
    Небо уже приобретало вечерний серый оттенок, когда на горизонте опять появились мачты. Одновременно вскочила Мийяна. Острое зрение позволило Леголасу рассмотреть приближающиеся корабли - те самые небольшие корабли-разведчики, что ушли в море утром на поиски флота людей. Он повернулся к друзьям, чтобы расказать об увиденном и обнаружил стоящую неподалеку капитана Умиту, хмуро слушающую раду.
    - Флот противника на подходе, капитан,- торопливо говорила она. - Кораблей сорок прямо у горизонта. Они сейчас остановятся - темнеет-то быстро. Главная атака начнется завтра утром.
    - Спасибо, Ми, - кивнула Умита и уже громче обратилась к окружившей ее команде. - Все слышали? Завтра с утра в бой. Поэтому сейчас - всем по каютам,отдыхать. Ну?
    Экипаж начал неспеша разбредаться по каютам, негромко переговариваясь, перебрасываясь грубоватыми шутками насчет завтрашнего боя.
    Леголас последовал всеобщему примеру, спустился в каюту и прилег на койку, но сон не шел. Он физически чувствовал, как внутри словно сжимается неведомая пружина, чтобы со страшной силой распрямиться в назначенный срок. Это было знакомое чувство - каждый раз перед боем он переживал его вновь и вновь. Поначалу, в юности, он считал это слабостью и ругал себя за трусость. Потом перестал. Он не любил войну, хотя большую часть своей долгой жизни провел в боях. Его родной лес, Лихолесье, не был тихим убежищем. С одной стороны - горные орки, которые периодически решались на набеги, с другой - люди, которые тоже далеко не всегда были дружелюбны. И это не считая Дол Гулдура на южной границе, от которого расползались по лесу порождения тьмы. А потом была Война Кольца, очистка Итилиена. Вобщем, боев было много, и каждый раз перед началом его посещало это чувство. Нет, Леголас не любил битвы. Но еще больше он не любил ожидание.
    Не в силах больше оставаться запертым в четырех стенах он поднялся наверх, под звездное небо. И увидел, что не только его мучит бессонница. Йорнир стоял на носу, и рядом с ним эльф различил стройную фигуру капитана. Он тут же повернулся и собрался неслышно спуститься обратно, но его настиг оклик Умиты.
    - Леголас, - голос был необычно тихий и мягкий. - Леголас, я вижу тебе тоже не спится. Побудь с нами, пожалуйста.
    Леголас бросил смущенный взгляд на Йорнира, но тот ободряюще кивнул. Эльф присоединился к друзьям и они какое-то время молчали, глядя в темноту.
    - Знаешь, мы говорили о смерти, - нарушила тишину Умита.
    - По-моему, это не самая подходящая тема, - вежливо начал Леголас, но урса лишь взмахнула гривой волос:
    - Почему нет. Завтра умрут многие. Нет смысла прятаться от действительности. Вот ты, - она взглянула на него, склонив голову на бок. - Ты боишься смерти?
    - Нет, - коротко ответил он. Это не была бравада. Слишком много смертей он видел на своем веку, чтобы не найти заранее ответ на этот вопрос. Люди обычно боятся смерти, но это потому, что за последним порогом их ждет неизвестность. Для эльфов же все предрешено. Смерть означает лишь переход в другое место и долгое ожидание. Не очень приятное событие, но безусловно не страшное. Когда-то Леголаса интересовало, каково оно для смертных. Потом он стал умнее.
    - А ты? - пристальный взгляд зеленых глаз переместился на Йорнира. Тот пожал плечами, потом опустил голову, и наконец ответил:
    - Не знаю. В детстве, когда не стало родителей, я очень боялся всего, что связано со смертью. Помню. специально заставлял себя ходить в Дом Мертвых и прикасаться к ожидающим погребения - чтобы справиться со страхом. Мальчишество, конечно. Потом....потом я считал, что не боюсь смерти. Считал себя отважным воином, будущим героем. А потом... - его голос упал до шепота. - Был момент, когда я захотел умереть. Сейчас же...сейчас мне очень хочется жить, - вдруг улыбнулся он. - И я готов драться за это.
    Умита тихонько засмеялась в ответ. Чтобы скрыть свое смущение Йорнир повернулся к ней:
    - А вы? Что вы, капитан, думаете о смерти?
    - Я? - ее глаза отразили звездный свет. - Я ненавижу смерть! Она всегда была рядом, она ходит у меня за спиной и отбирает все что мне дорого. Я знаю, это звучит глупо, но каждый раз, когда мне удается выжить в опасной переделке, я радуюсь, что смогла обмануть ее, что она опять получила щелчок по носу. Пусть в конце всегда выигрывает она, но пока я жива, она не дождется от меня покорности или страха.
    Охваченная эмоциями, урса была прекрасна и Йорнир не сводил с нее восторженного взгляда. "Дети, - усмехнулся Леголас. - Они оба совсем еще дети!" Но в глубине души он немного завидовал им.
***
    Первые лучи восходящего солнца только-только окрасили горизонт в красный цвет и по воде протянулась кровавая дорожка, когда по всем кораблям пробежала волна оживления. Бойцы и члены команд выстроились на палубах с оружием в руках, наряженно вглядываясь вдаль. Из трюма на палубы были подняты также странные устройства, напоминающие небольшие катапульты. Возле каждого было поставлено по ящику с ноздреватыми белыми камнями и рядом расположились те, кто был сведущ в боевой магии.
    И вот над горизонтом, словно странные ростки, появились верхушки мачт. Леголас последний раз проверил натяжение тетивы и воткнул несколько стрел перед собой в настил палубы. Все вокруг него были тоже заняты проверкой оружия. Йорнир опять стоял плечо к плечу с Умитой, но на этот раз капитан не возражала - или просто не замечала, устремив свой взгляд в сторону кораблей противника.
    А они приближались, шли очень близко друг к другу и встающее солнце придавало их парусам красный оттенок. С такого расстояния казалось что их много, слишком много, но острый глаз Леголаса различал каждую деталь, каждое судно, и крохотные фигурки людей на палубах. Он чуть прикрыл глаза ладонью от бьющих встреч лучей солнца. Корабли приближались, определенно пытаясь соблюдать некую формацию, больше всего похожую на широкую стрелу, нацеленную в сердце обороны, на вход в бухту. Леголас взялся за лук, желая, как всегда, поскорее начать бой, но почувствовал прикосновение чьей-то руки на плече. Оглянувшись, он увидел, как маран покачал головой и показал в сторону странных катапульт.
    Два члена команды натягивали каждую из них, в то время как Мийяна, нахмурившись. сжимала в руках один из белых камней. Вот она положила его в чашу первой катапульты, взяла следующий камень...Леголас перевел взгляд на приближающийся флот. В тот момент, когда корабли пересекли невидимую черту, определяющую предел досягаемости катапульт, десятки ярких точек взвились в небо и устремились навстречу врагу. С удивлением эльф увидел, что каждый камень был охвачен необычным синим пламенем. Вот один из них рухнул в воду, немного не долетев до цели - и вверх поднялся столб воды высотой с сам корабль. Раздался низкий рокочущий звук. Затем еще один...и еще...вода вставала стеной перед приближающимся противником. Но вот один из камней упал на палубу корабля - и растекся лужей синего пламени, быстро охватывающего деревянный настил и мачты. Команда бросилась гасить огонь, но он словно не боялся воды, лишь вспыхивая ярко-синим светом. Вдруг люди расступились и вперед шагнул один - в черном плаще. Он раскинул руки и крикнул что-то - огонь сник и, как испуганный котенок скрылся в углу за бочкой, оставив после себя черноту обгоревшего дерева.
    Леголас отвлекся от разглядывания отдельного корабля, чтобы окинуть взглядом всю картину. Небо было расчерчено светящимися полосами летящих снарядов, причем он заметил, что теперь они летели в обе стороны - люди открыли ответный огонь. Столбы воды поднимались вокруг, иногда вместе с цветным дымом. Отовсюду раздавался грохот, крики, треск, где-то мелькал огонь. Он опять взглянул на приближающуюся армаду. Несколько кораблей были охвачена сильным пламенем и вынуждены остановиться, но большинство продолжало двигаться вперед. Один из передовых кораблей нацелился в проход между "Ревущим" и соседним судном. Капитан махнула рукой стоящему у штурвала матросу и "Ревущий" слегка повернулся, нацелившись острым носом на противника.
    Теперь наступило время настоящей битвы. Леголас точно и расчетливо пускал стрелы, выискивая на палубе противника людей с офицерскими отметками. Его примеру последовали остальные лучники. Вскоре корабли оказались так близко, что смогли зацепиться крюками и начался рукопашный бой.
    Леголас редко запоминал ход битвы. В бою он превращался в совершенную боевую машину - тело движется быстро и ловко, мгновенно реагируя на возникающую угрозу, но сознание в этом почти не участвует. Так было и на этот раз и обо всем дне у эльфа остались лишь несколько коротких воспоминаний.
    Яростная схватка сменялась короткой передышкой, когда волны или ход боя разделяли сцепившиеся корабли. Несколько минут, что бы отдышаться, оглядеться по сторонам - и снова кинуться в бой. Леголас расходовал стрелы очень экономно, потому что собирать их обычно было негде, но все же ближе к вечеру они закончились. Кинжалы требовали заточки - здешняя сталь не могла сравниться с эльфийской, а рубашка промокла от чужой крови, но сам Леголас отделался лишь царапиной на щеке. Однако были и серьезные раненные. Он видел, как Мийяна бесстрашно бросалась под ноги дерущимся, чтобы оттащить упавших. Она словно не обращала внимания на кипящий вокруг бой, но когда один из людей размахнулся мечом в ее сторону, рада подняла руку и лезвие словно ударилось о камень. На лице человека появилось недоуменное выражение, быстро стертое гримасой ужаса, когда секира двура разрубила его почти пополам.
    Умита то кидалась в бой, то отступала к штурвалу, чтобы направить корабль в нужную сторону и сориентироваться в общем ходе битвы. Но где бы она не была - рядом всегда оказывался Йорнир. Урса бросала в его сторону яростные взгляды, но он лишь ослепительно улыбался в ответ. С окровавленным мечом в руке, растрепавшимися волосам, прилипшими ко лбу и сверкающими глазами, он был похож на духа битвы, смеющегося в лицо смерти.
    Когда вечернее солнце коснулось горизонта, на главном судне нападавших протрубили сигнал, и корабли один за другим начали отделяться от места общей битвы и отходить на восток. Они не отступали, но сражаться на воде в темноте практически невозможно, поэтому корабли Союза не преследовали их, и сами немного подтянулись к острову.
    Леголас смог неконец окинуть взглядом "поле" битвы и оценить ее результат. В нескольких местах на воде пылали обломки кораблей, пару судов удалось захватить почти целыми и они ожидали возле берега, пока на них переберутся уцелевшие члены экипажей затонувших кораблей. Еще у нескольких кораблей были сломаны мачты или обгорели палубы, но вобщем флот выглядел вполне боеспособным. Однако, флот людей тоже не сильно уменьшился. Морской Союз отбил первую атаку, но сражение еще не окончилось.
    Как всегда, когда угас азарт битвы, на плечи сразу навалилась усталость, заныли не замечаемые ранее ссадины и ушибы. Леголас поискал глазами гнома, но быстро успокоился, обнаружив его немного в стороне, тяжело опирающимся на топор, но с неизвестно откуда появившейся фляжкой в руке.
    - Мастер эльф, - отсолютовал он Леголасу, прежде чем очередной раз приложиться к напитку. - Славный был бой. И похоже удача была с нами - есть раненые, но все живы.
    Леголас улыбнулся в ответ, принимая предложенную флягу, но его слова не были такими уверенными:
    - Это только начало, Гимли. Думаю, настоящая битва начнется завтра.
    - Это верно, - важно кивнул гном. - Сегодня мы только пробовали силы друг друга. Завтра мы будем сражаться по-настоящему.
    - И нам понадобятся все силы, - подхватил подошедший Йорнир. - Думаю, нам всем стоит отдохнуть.
    Многие последовали его совету, палуба потихоньку опустела. Раненные были разведены по каютам, а Мийяну, пошатывающуюся от усталости, но настаивавшую, что она еще может лечить, Гимли просто подхватил на руки и унес. Леголас еще постоял немного, вдыхая посвежевший воздух и любуясь успокаивающим светом звезд. Не ушли и Йорнир с капитаном - эльф слышал, как они опять о чем-то спорили на носу корабля, но вмешиваться не стал. Спустя полчаса раздались приближающиеся шаги и Леголас увидел Йорнира - он шел, медленно качая головой и на лице его застыло удивленное выражение.
    - Мой отец был прав, - сказал он, заметив эльфа. - Он всегда говорил, что женщин понять невозможно!
    - Мой отец говорит, что их и не нужно понимать, - улыбнулся Леголас. - Их нужно просто любить.
    Йорнир рассмеялся и, обнявшись, они спустились вниз, к своим каютам.
    А с утра бой начался опять, на этот раз с утроенной яростью. Снова взлетали вверх фонтаны воды, снова вспыхивали синим огнем палубы и мачты кораблей и грохот взрывов заглушал крики людей. Флот наступающих изменил тактику и попробовал прорваться тесным строем в одном месте, но оборона не зря состояла из нескольких линий. Яростная схватка - и противник откатился назад, оставляя качаться на воде быстро тонущие горящие обломки.
    Таких попыток было несколько, и "Ревущий" всегда оказывался в самом центре схватки, даже если атака не была направлена на него - капитан Умита ни за что не была согласна оставаться в стороне от главного боя. Леголас вскоре потерял счет кораблям, с которыми они сталкивались, рукопашным схваткам - быстрым, но кровопролитным. В памяти остались лишь некоторые моменты боя.
    Вот взмывший совсем рядом столб воды обрушивается на палубу и Леголас еле удерживается на ногах, ухватившись за мачту. Вот Мийяна устало опускает в чашу катапульты последний камень - обе корзины пусты, снаряды закончились. Вот кричит невысокий, обычно молчаливый дероль, существо с длинной шеей и круглыми птичьими глазами - его лицо залито кровью, но его молот успевает ообрушиться на противника. Вот два варфа из команды плечом к плечу размахивают мечами - спокойные и уверенные, словно не людей, а дрова рубят. А вот сражаются, прислонившись спинами друг к другу Умита и Йорнир - горячность капитана завела ее в самую гущу схватки и теперь они окружены людьми со всех сторон. Леголас, отбив направленный на него удар, выхватывает три последние стрелы и, почти неразрывным движением отправив их в спины людей, успевает заметить, как падает бросившийся на помощь капитану гарах. А вот белое, как мел, лицо Мийяны, склонившейся над раненым и тут же выпрямившейся с выражением бессилия и боли.
    Все это сливается в один ком ощущений, полный ярости, опасности, крови и смерти. Но и этот день проходит, заканчивается, и в заметно уменьшившемся количестве корабли людей отходят к горизонту. Однако флоту Союза тоже досталось. Уцелевших кораблей хватает лишь на неполные две линии обороны, да и их команды поредели. На "Ревущем" также не обошлось без потерь. Этим вечером, когда красный шар солнца почти погрузился в воду, под шелест парусов и ритуальные слова на общем языке и на языках разных рас, тела восьмерых погибших были отданы морю.
    Капитан была необычно тиха и печальна - двое из ушедших были ее близкими друзьями, они воевали вместе много лет. Йорнира же почему то больше всего тронула смерть вечно недоверчивого и угрюмого гараха. Уже стемнело, в небе зажглись яркие звезды этого мира, и команда разошлась по каютам, а они с Умитой все стояли на корме, глядя на волны, поглотившие мертвых. Голова урсы склонилась на плечо Йорнира, а рука человека бережно обхватила тонкую талию. Леголас вежливо оставил их одних и спустился вниз, но этой ночью Йорнир так и не вернулся в свою каюту.
    Наступил третий, решающий день. Обе стороны понимали, что на большее их сил не хватит и все должно закончиться сегодня. Яростные атаки следовали одна за другой, люди бросали вперед все силы, защищающиеся тоже использовали все резервы. Не осталось ни следа ни от линий обороны, ни о четких построений атакующих. Два флота смешались в одно месиво из крови, огня и воды. Леголас заметил огни, пылающие среди скал и деревьев - похоже схватка шла и на острове, то ли человеческий корабль сумел прорваться к берегу, то ли сражались спасшиеся члены экипажей затонувших судов. Но разглядеть точнее было невозможно, вокруг царило настоящее безумие. Корабли сцеплялись друг с другом по два, по три, даже по пять, создавая на воде плавучие островки, на которых завязывались кровопролитные сражения. "Ревущему" все время приходилось лавировать между горящими обломками.
    Эльф не сразу понял, почему капитан Умита избежала столкновения с двумя ближайшими кораблями противника. Не в ее обычаях было прятаться от драки. И только увидев над третьим кораблем развевающееся огромное белое знамя догадался, что это главный корабль людей. Именно на него урса нацелила свое судно и свою команду. Еще один корабль кинулся им наперерез, но его перехватили. Леголас видел, как засуетились еще сильнее люди на палубе, заметил даже человека в странной кольчуге и белом плаще, вокруг которого столпилось кольцо солдат. Чтож, возможно, Умита права. Дело не столько в славе, сколько в простом здравом смысле. Увидев поражение своего командующего, флот людей растеряется и, возможно, отступит наконец. Поэтому он вытер рукоятки кинжалов и подтянул тетиву лука, хотя стрел было не так уж и много.
    Поначалу эта схватка ничем не отличалась от десятков других, в которых они участвовали за время этой битвы. Обстрел издалека, стремительное сближение, протянувшиеся абордажные крючья, удар и жаркая рукопашная. Обе стороны дрались, словно охваченный яростным безумием. Команда "Ревущего" медленно но верно брала верх, когда одежда на одном из них - это был Гран, вдруг вспыхнула ярким пламенем. Двур закричал и рухнул на палубу, пытаясь сбить огонь. Вскоре к нему присоединились еще несколько членов команды. Окинув недоумевающим взглядом людей, Леголас заметил стоящего чуть в стороне высокого человека в синем плаще. Он вытянул вперед руки и, хотя оружия у него не было, лицо его застыло в напряженном оскале. Боевая магия! Рука машинально потянулась к колчану, но эльф знал, что стрелы давно закончились. Он перехватил поудобней кинжал...и замер, когда брошенный одним из варфов топор упал к ногам человека, словно ударившись о невидимую стену. Проклятье! Обычное оружие тут не поможет.
    Очевидно, эта мысль пришла в голову не ему одному, потому что среди сражающихся мелькнула светлая голова Мийяны. Она медленно шагала вперед, не отрывая глаз от мага противника. О своей безопасности она не думала, но возле нее словно ниоткуда вдруг возник Гимли с секирой наперевес. Леголас кинулся на помощь друзьям, но схватка закипела с новой силой и продвигаться в нужном направлении было практически невозможно. Лишь изредка он успевал заметить, как медленно, словно преодолевая преграду, движется вперед маленькая рада, как искажается в бессильной ярости лицо человека-мага, как стоящий рядом с ним командир человеческого флота отдает поспешные приказы, указывая мечом на возникшую опасность, как Умита с Йорниром наконец добираются до Гимли и вместе с ним окружают Мийяну кольцом поющей стали.
    Леголасу приходилось нелегко, противник сражался яростно, но он каким-то неясным образом почуствовал, когда в битве произошел перелом. Люди дрогнули. Они постепенно отступали и схватка почти полностью шла уже на их палубе. Но внезапно "Ревущий" потряс страшной силы удар. Еле удержавшись на ногах, Леголас выдернул кинжал из груди только что убитого им человека и оглянулся. Еще один корабль людей, похоже, на полной скорости столкнулся бортом с "Ревущим". На какое-то мгновение эльф решил, что это была случайность, но появившиеся абордажные крючья, вцепившиеся в корабль Союза, подтвердили, что это была нацеленная атака. Люди не собирались так просто отдавать корабль командующего. Команда Умиты оказалась между двух огней. Не размышляя больше, Леголас кинулся навстречу новому противнику.
    Даже много позже, вспоминая тот бой, Леголас никогда не мог соединить последовавшие события в одну непрерывную цепь. Люди с нового корабля атаковали с решимостью самоубийц. Команде "Ревущего" пришлось отбиваться от них, в результате ее почти вытеснили с палубы командного корабля людей. Кажется, Йорнир возглавил бой против вновь прибывших, в то время как капитан все еще пыталась пробиться к командиру людей. В какой-то момент Леголас даже подумал, что это конец и им не справиться. И тут палуба корабля опять содрогнулась. Оглянувшись, эльф понял, что флагман людей смог оторваться от них и полоса воды между кораблями медленно расширяется. Но это дало им преимущество и они смогли бросить все силы на нового противника. Через десять минут все было кончено, вся команда второго корабля погибла, однако главный корабль уже отошел далеко и, кажется, на нем поднимали все паруса. Леголас успел подумать, что это - победа и люди наконец отступают. Но тут его взгляд упал на знакомую фигуру, лежащую возле борта.
    -Гимли! - с замирающим сердцем эльф бросился к другу, стянул с того помятый шлем...и с облегчением увидел что тот зашевелился и, тряся головой, попытался встать. - Спокойно, друг мой. Все в порядке, все....
    - Ми...Мийяна..., - прохрипел гном. Леголас оглянулся, в поисках рады, но тут Гимли ухватил его за плечо и махнул рукой куда-то в сторону. - Там.....Ми...
    И в этот миг над палубой раздался отчаянный крик Йорнира: "Умита!"
    Словно что-то толкнуло эльфа и он бросил взгляд в сторону быстро удаляющегося корабля. Эльфийское зрение не подвело. Среди столпившихся на палубе вооруженных людей он различил две маленькие хрупкие женские фигурки.
    - Ну же, что вы замерли! Вперед, за ними! Поднять все паруса! - это Йорнир наконец стряхнул оцепенение и, не раздумывая больше, взял командование на себя. И никто не подумал ему перечить. Все бросились к мачтам. Вот только...бой не прошел даром. Всюду на палубе лежали тела погибших. И это были не только люди. Уцелевших на борту "Ревущего" - членов команды и бойцов - еле хватило бы, что бы управиться с кораблем, при том, что далеко не все были опытными моряками. Но сейчас их направляла неостывшая еще ярость битвы и тревога за жизнь капитана. Гимли тоже порывался помогать, но Леголас силой заставил его сесть возле борта, потому что гном, получивший страшный удар по голове, с трудом держался на ногах.
    Умение эльфа удерживать равновесие на самых тонких реях очень пригодилось. Но и остальные члены команды не сидели на месте. Вскоре "Ревущий" уже мчался, нацелившись на еле заметный на горизонте парус.
    Леголас бросил взгляд назад. Там все еще кипела битва. Он почувствовал укол совести - их действия выглядели как бегство. Но, с другой стороны, они добились своего - лишили людей командования, а значит, оставшимся кораблям Союза будет легче справиться. Но даже если бы от их присутствия зависел весь исход боя, Леголас не был уверен, что они бы остались. И гордая урса и маленькая рада были одинаково дороги ему, он был готов рискнуть всем, чтобы спасти их. А на Йорнира и вовсе было страшно смотреть. Он стоял возле борта, вцепившись в него одной рукой, а другой сжимая рукоять меча. Глаза его были устремлены на мелькающий впереди корабль, губы крепко сжаты. Леголас вспомнил, как человек рассказывал ему о своей сестре. Еще одна такая потеря может оказаться для него слишком тяжелой ношей. Но пока о потере никто старался не думать - оставалась надежда, нужно было лишь догнать корабль людей.
    Легко сказать - догнать. Были подняты все паруса, мачты скрипели от напряжения, но темный силуэт впереди приближался слишком медленно. Меж тем наступал вечер, солнце садилось, причем садилось в черные тучи, собравшиеся на горизонте. Ветер крепчал, волны становились выше. Леголас с тревогой взглянул на Грана. Двур стоял рядом с Йорниром, обе правые руки его и спина были покрыты ожогами и лишь наскоро перевязаны, но он отказывался идти в каюту. Хоть командование кораблем и перешло безо всяких вопросов к Йорниру, человек не был опытным моряком, и двур взял на себя роль его помощника. Сейчас он тоже вглядывался в горизонт и на лице его появилось встревоженное выражение.
    - Похоже, собирается шторм. Это плохо, нас слишком мало и мы можем не справиться с парусами.
    - Справимся, - полупрошептал-полупрорычал Йорнир, не отрывая глаз от преследуемого корабля. - Должны справиться.
    Безумная гонка продолжалась. Оба корабля неслись вперед под всеми парусами. Двур сам встал к штурвалу, чтоб ловить малейшие изменения направления ветра и движения волн. Волн, которые росли буквально на глазах. Сначала корабль лишь слегка покачивался на них. Потому ему пришлось высоко задирать нос, вскарабкиваясь на каждую волну и буквально падать вниз. Людям тоже приходилось бороться со штормом. Они сменили направление, "Ревущий" последовал за ними и теперь качка была не такой сильной. Наоборот, оба корабля буквально летели вперед, перепрыгивая с волны на волну, и Леголас не мог отделаться от ощущения, что между гребнями волн корабль на долю секунды зависает в воздухе. Расстояние медленно сокращалось.
    Меж тем солнце скрылось за горизонтом. Тучи полностью затянули небо, звезд не было видно и даже Леголас не мог ничего разглядеть в наступившей тьме. Продолжать преследование было невозможно, но тут сама стихия пришла на помощь. Разразилась гроза. Эльф впервые видел грозу в этом мире, и был поражен ее размахом. Как и все здесь, она была слишком яркой, буйной и прекрасной. Толстые ветвистые разряды молний вспыхивали в небе, соединяли тучи с землей и освещали пространство между водой и низким облачным сводом призрачным светом. При вспышках стновилось видно, что корабль людей уже совсем рядом. Уже были видны лица собравшихся на палубе. Среди них Леголас разглядел того самого человека в черном плаще, мага. Он что-то держал в руках, что-то непонятное и...
    Раздался удивленный возглас Гимли и ругательства Йорнира. Леголас не сразу понял, в чем дело, а когда понял - ощутил легкий холодок вдоль спины. Молнии все так же озаряли пространство, вот только теперь большинство из них явно собралось вокруг "Ревущего". Корабль был буквально окружен кольцом вспыхивающих и гаснущих разрядов.
    - Проклятие, он владеет погодной магией! - прокричал Йорнир сквозь раскаты грома. - Это требует много сил и он не сможет поддерживать ее долго, но....
    Его слова заглушил страшный грохот. Все пригнули головы. С громким треском вторая мачта сломалась пополам и, пылая, рухнула на палубу, чудом не зацепив никого из экипажа. Леголасу показалось, что он различил в этом хаосе крики, раздавшиеся на корабле людей. Он оглянулся. Лишившись половины парусов "Ревущий" заметно снижал скорость, расстояние между кораблями росло. Эльф понимал, что его руки нужны сейчас команде, но, почему-то не мог оторвать глаз от удаляющегося темного пятна. И вдруг...словно маленькая искорка сверкнула, отделившись от палубы второго корабля. Эльф прищурился - и не удержался от удивленного возгласа.
    Второй раз в жизни он видел летящую раду. Маленькая фигурка неслась быстрыми зигзагами между молниями, все еще танцующими вокруг "Ревущего", и на белых крыльях плясали отблески небесного огня. Она то поднималась вверх, то опускалась, почти касаясь волн. Вот она чудом проскользнула между двумя одновременно ударившимя молниями, набрала высоту...еще немного...
    Разряд был совсем небольшой, особенно по сравнению с гигантами, освещавшими небосвод секунды назад. Но и этого хватило - словно огненный палец коснулся Мийяны - и сияющие крылья вспыхнули как факел. Не издав ни звука рада упала вниз - на палубу корабля. Леголас кинулся к ней, лишь на мгновение отстав от Гимли. То что он увидел, он не забудет до конца своей долгой жизни.
    Огонь не тронул ее тела - на нем не было ни ожогов, ни царапин. Ярко-голубые глаза были широко распахнуты, рот чуть искривился. Она лежала на палубе, раскинув крылья...нет...тонкую черную паутинку, которая рассыпалась при первом же прикосновении. Гимли опустился на колени и взял ее за руку. Мийяна улыбнулась ему, и эта улыбка резанула по сердцу Леголаса, обожгла воспоминанием.
    - Они...плывут к Барейну...Уми...ее...в подарок Правителю...,- грудь ее поднималась тяжело и с каждым разом все медленнее. - Йорнир...
    Человек опустился на колени рядом с гномом. Рада подняла руки и сжала ладонями его виски. Он вздрогнул и широко открыл глаза, словно почувствовав удар, но в то же мгновение Умита отпустила его.
    - Теперь...ты всегда...будешь знать, где она...будешь чувствовать...Я...связала ваши души...чтобы ты нашел Умиту. Ты должен...обещай...
    - Я сделаю это, - просто сказал Йорнир, и его слова звучали как клятва.
    - Хорошо..., - Мийяна опять взяла руку гнома. - Гимили...прости...я не смогу...
    Ее голос становился все тише. Гимли бросил умоляющий взгляд на друга.Леголас постарался вспомнить все, чему учил его отец. Потер руки, согревая, положил одну ладонью на лоб рады, а вторую на грудь, прошептал нужные слова...И отшатнулся. Контакт был быстрым и ясным, но там, в душе Мийяны он почувствовал пустоту...словно жизнь вытекала из маленького тельца, исчезая в невидимом водовороте.
    - Не нужно, - эльф почувствовал касание пальцев на своем плече. Гран. - Рады не выживают без крыльев. Никогда. Просто перестают жить.
    Леголас взглянул опять на лицо Мийяны. Увидел, как последний раз дрогнули ресницы. Как сорвался с губ последний вздох. Как обмякла рука, которую сжимал гном. Над палубой повисла тишина.
    А корабль под белым флагом людей уже исчез за горизонтом.
***
    Шторм постепенно затихал. Команда, подгоняемая приказами Йорнира, выкриками Грана и собственным желанием спасти своего капитана, погасила огонь, расчистила палубу и подняла паруса на уцелевшей мачте. Повреждения были велики, но "Ревущий" все же двигался вперед. Пролился короткий и яростный дождь, небо расчистилось, выглянули звезды. А Гимли все так же сидел на палубе, прижимая к себе Мийяну. Он не говорил ни слова, и не позволял никому прикоснуться к телу. Наконец, Леголас не выдержал. Он присел рядом с гномом и позвал его самым мягким голосом.
    - Гимли. Гимли, друг мой, пожалуйста...
    Гимли поднял голову и эльф проглотил остаток фразы. Лицо гнома...Леголас знал, что по меркам своего народа его друг далеко не молод. Но во взгляде гнома, в выражении лица всегда было что-то, не позволявшее назвать его старым. Сейчас же...морщины вдруг углубились, уголки рта безвольно опустились, но главное - глаза. На эльфа смотрели глаза глубокого старика, пустые, словно подернутые пеплом.
    Слова тут были бессильны. Леголас взял друга за руку и молча склонил голову. Он знал - Гимли почувствует его скорбь. Больше он ничего сделать не мог.
    Прошло еще много времени прежде чем гном заговорил. Голос был хриплым и слова дались ему только с третьей попытки.
    - Я...потерял ее. Не смог удержать. Не смог защитить. Что уж теперь.... Я хочу отдать ее морю. Сам.
    - Когда взойдет солнце, - кивнул Леголас.
    - Да, на рассвете...-Гимли словно говорил сам с собой. Его голос дрогнул. - Что же мне теперь делать, Леголас? Я не знаю...Как мне....зачем...?
    Эльф крепче сжал руку Гимли.
    - Мы поможем Йорниру вернуть Умиту. А потом уйдем в наш мир. В Аман. Там тебе будет...легче.
    - Эти ваши эльфийские штучки, - слова были привычные, но на лице гнома не мелькнуло даже тени старой усмешки. - Мне не поможет...Аман. Я не хочу забывать.
    - Нет, Гимли, - Леголас покачал головой. - Благословенный Край не дает забвения. Память останется...уйдет лишь боль.
    Гном промолчал.
***
    Потрепанный в бою и во время шторма, "Ревущий" с трудом двигался вперед, но все же во второй половине дня на горизонте показалась земля. Материк. На палубе произошел короткий совет, в котором участвовали Йорнир, Леголас и Гран.
    - Вот, - показывал на карте двур, - небольшая бухточка недалеко от Барейна. Вряд ли сюда заходят корабли - мы сможем высадиться не будучи замечены. И оттуда уже проберемся в сам город. Думаю, мы должны попросить помощи у тамошнего Братства.
    По лицу Йорнира было видно, что он готов даже открыто причалить в порту и силой пробиваться во дворец, но все же человек кивнул: - Решено. Мы не сможем идти все. Гран, позаботься, чтобы на корабле остался достаточно большой экипаж, способный управлять "Ревущим". Они будут ждать нас в бухте, держа шлюпку наготове и стараясь не попадаться на глаза людям.
    Вскоре команда была уже в курсе. Все хотели участвовать в спасении капитана и зашел разговор о том чтобы тянуть жребий, но Гран непререкаемым тоном указал самых опытных моряков и приказал им оставаться на корабле. Споров почти не было.
    "Ревущий" уже подплыл к земле совсем быстро и матросы занялись спуском на воду шлюпки, когда на палубе появился Гимли, проведший все это время в своей каюте. Он был без кольчуги, но со своей секирой. Леголас открыл было рот, чтобы возразить - гном действительно еще не оправился после того удара по голове - но сразу же передумал и лишь молча сжал плечо друга.
    Шлюпка на "Ревущем" была небольшая и ей пришлось сделать три рейса, чтобы перевезти на берег всех бойцов. Йорнир и Леголас отправились с первым рейсом. Эльф настороженно стоял на носу, с натянутым луком, пристально вглядываясь в заросли кустов вдоль берега - они не могли себе позволить быть замеченными людьми. Спрыгнув на песок, он первым делом быстро оглянулся, не ослабляя натяжения тетивы. Но берег был пуст. Через полчаса все, кто участвовал с этом опасном походе оказались на берегу и, бросив последний взгляд на корабль, они двинулись к городу, стараясь делать это как можно более скрытно.

© Rohirrimka

назад                                               оглавление                                               вперед


Тексты Ссылки Guestbook